Рецепт глинтвейна

       Как правильно сварить глинтвейн? Чтобы согрелись не только руки, но и то странное и таинственное место, находящееся где-то между горлом и сердцем, там, где что-то сладко замирает, как только в легкие попадают молекулы сказочного аромата?

         Ну, прежде всего, надо выбрать правильное место. Лучше всего для этой цели подойдут старинные горы вечером, верхушки утонули в облаках, и туман ползет вниз, размывая силуэты елок. Надо смотреть на эти горы из большого окна, а роль кружевной тюли пусть исполняют крупные снежинки, бесшумно укладывающиеся меховым воротником на подоконник.
         В камине шипят дрова, а рядом булькает медный котелок. На диване небрежно лежит что-то невесомое, ажурное, на случай, если плечи, прикрытое лишь шелковым платьем, внезапно замерзнут.

       Дрожит огонь свечи, свистит ветер в распахнувшейся двери, и вместе с ним влетает запах специй - смесь эксклюзивного сбора - ароматы мороза, толстого шерстяного шарфа, немного бензина, чуть-чуть трубочного табака, слегка ... м-м-м... сандал? корица? кардамон?
 

                                                  Готово? Хватит до рассвета?

Платье для тумана

Летом в стране Ирландии родилась маленкая рыженькая Хлоя. Сейчас, перед Рождеством, у нее как раз начинается активный период - выходы в свет. По такому случаю любой уважающей себя красотке требуется платье, а если красотка юна, то платье должно быть теплое, а то в памперс надует. Так что получился вот такой подарочек - мягкая ангорка с твидовым эффектом, на пузе - драконо-белка, в самый раз животинка для кельтского эпоса.

Клубничная блондинка

Это рассказка про капризную фотомодель, полысевшую хризантему и селедку с мороженым.

Начну с заголовка - он такой всего лишь из за цвета пряжи. Бывают Барби с престранным цветом волос - как будто их сначала настойчиво тыкали в свекольный салат, а потом столь же настойчиво отмывали советским средством "Белизна". Вот и пряжа оказалась именно такого дурацкого цвета. А так как покупала я ее по картинке, то можно представить, что я почувствовала, оказавшись обладательницей 2 упаковок. Как-то сложно было представить, что на них еще кто-то позарится. Как обычно поступает в таком случае homyakus habilis? Правильно, пихает в шкаф, в надежде, что в дальнем углу шкафа есть выход в параллельное пространство.
Но через год в паралленьном пространстве, видимо, произошла революция, и все добро стали пихать обратно, отчего оно стало распирать дрвецу и норовило вывалиться в самый неподходящий момент на глаза посторонних лиц, не склонных разделять хомячьи радости.

Тут наступила осень, как всегда неожиданно, и точно так же неожиданно выросли дети, а одежда их предательски уменьшилась. Решено было утилизовать часть неприкосновенного запаса. Тут вылезли остальные прелести - пряжа, хоть и толстенькая на ощупь, после стирки коварно истончалась и связанный образец превращался в решето. Пришлось вязать на маленьком номере, при этом пальцы на руках норовили приобрести форму кос на свитере.

Наконец, все части были готовы. Тут-то и началось самое ужасное - пришлось все сшивать. По накалу эмоций процесс сшивания для меня все равно что харакири тупым мечом. Пилила, ой, сшивала целый день.

Теперь осталось самое главное - уговорить детеныша сфотографироваиться. Сошлись на гонораре в виде селедки и мороженого. Для композиции прикупили хризантему аналогичного цвета - явно не натурального происхождения. По дороге хризантема испытала все прелести жизни спортивной рапиры - Мамзель совершала ею всевозможные выпады и прочие финты. Как в каком-нибудь мультфильме-манга про жизнь самураев путь наш был усыпан лепестками несчастной хризантемы.

И все-таки фотосессия прошла практически без потерь и с очевидной пользой - я успела поймать несколько кадров, только раз получив хризантемой по лбу и прослушав серию воплей.
Бывало и хуже.